ПАПАКОМА - забытые страницы истории Северного Приазовья


  Главная   Статьи  


К ВОПРОСУ ОБ "ОВЕЧЬИХ ВОДАХ" В ПРИДНЕПРОВЬЕ

LV


Публикация посвящена локализации утраченного приднепровского гидронима Овечьи Воды, встречающегося в документах XV - XVII вв. Попытка локализации выполнена на основе данных "Книги Большому Чертежу" и реконструкции пути в Крым посольства Зотова и Тяпкина 1680 г.

Публікація присвячена локалізації втраченого придніпровського гідроніма Овечі Води, який зустрічається у документах XV - XVII ст. Спроба локалізації виконана на основі даних "Книги Великому Чертежу" і реконструкції путі до Криму посольства Зотова і Тяпкіна 1680 р.

The publication deals with the localization of the lost hydronym Ovechy Vody situated near the Dniper. This hydronym is mentioned in the documents of the 15th -17th century. The attempt to localize it was made on the basis of “The Book of the Great Draft” and of the reconstruction of the 1680 Zotov and Tiapkin Embassy way to Crimea.



Во многих документах XV-XVII веков на Левобережье Днепра в качестве одного из основных ориентиров упоминается гидроним "Овечьи Воды". Преимущественно он встречается в документах московско-крымско-донской переписки. К концу XVII в. это название, кажется, выходит из употребления.

В Статейном списке посольства Василия Тяпкина и дьяка Никиты Зотова (1680 г.), где дано очень подробное описание пройденного ими пути, переправа через "Овечьи Воды" датируется 14 октября. При этом дело происходит после (южнее) реки Конские Воды и до (севернее) Молочных Вод [12, 18-22]. Но это противоречит данным "Книги Большому Чертежу" в единственной сохранившейся редакции 1627 г. (далее - КБЧ). Там этот гидроним упоминается лишь один раз в разделе с описанием Днепра: "А ниже реки Быка пала в Самар река Овечьи Воды" [6, 110]. В этом случае Овечьи Воды должны располагаться севернее бассейна Конки.

В такой ситуации для локализации этой реки исследователям приходится опираться на данные одного из этих источников и игнорировать данные другого. А поскольку названия основных рек Днепровского Левобережья сохранились преимущественно неизменными еще с татарско-казацких времен, то "поле для маневра" остается очень малым - приходится искать среди малых рек и притоков либо Самарского бассейна, либо района между Конскими и Молочными Водами. Так А.А.Скальковский (с привлечением документа XVI в. с описанием прежних границ Великого княжества Литовского) относил Овечьи Воды к Присамарью [10, 12]. А.А.Русов предполагал их тождество с Куркулаком или Чингулом, притоками Молочной [8, 95,111-112], а Ю.П.Князьков - с притоком Конки Карачeкраком [7, 39].


Однако, отмеченное противоречие двух наших основных источников является, видимо, кажущимся. Убедиться в этом может помочь реконструкция пути посольства Тяпкина и Зотова.


Посольство вышло из Валок 6 октября, после обеда. Маршрут его довольно ясен до верховьев реки Терновки, где оно провело ночь с 10 на 11 октября. Упомянутые на пути посольства ориентиры - Берестовенька (ночь 7/8 окт.), Берестовая (дневка 8 окт.), Малая Орель (ночь 8/9 окт.), Большая Орель (ночь 9/10 окт.) - сохранили подобные названия до сих пор. Единственно, в тексте Статейного списка, видимо, перепутан порядок называния Большой и Малой Орели. Согласно описанию маршрута Муравского шляха (далее - МШ) в "Книге Большому Чертежу" [6, 64] и по данным современных карт сначала посольство должно было попасть на Орель, а лишь затем - на Орельку (Гнилую Орель). Тем не менее, приблизительный путь посольства на данном этапе пути может быть реконструирован с достаточно высокой точностью.

Посольство шло большим караваном с телегами (заметны по событиям 16 октября) и с сильным конвоем в 600 человек [12, 10]. Вместе с ним возвращались в Крым ханский посол Халил-ага "с товарищи". Первое время посольство шло по территориям, еще контролировавшимся Московским царством. Поэтому вплоть до конца 8 октября переходы были достаточно невелики. Несколько больше были переходы 9 и 10 октября. Первый - "шли весь день не кормя лошадей, опасаясь неприятельских людей", второй - из-за выжженной степи. Всего за 4,5 дня посольство прошло от Валок до верховьев Терновки минимум 130 км (возможно несколько больше, если путь пролегал по водоразделам). Т.е., на данном этапе средняя скорость составляла 29 км в день, что является вполне реальной цифрой для конного отряда.

А вот на следующем этапе получаются нестыковки. Если верить Статейному списку, то выйдя утром 11 октября с верховьев Терновки, посольство уже в середине 13 октября достигает Конки (минимум 140 км по прямой). И еще двое суток (до середины 15 окт.) занимает у него путь от Конки до верховьев Молочной. Это примерно 45 км по прямой (примерно 50-55 км если через верховья Карачекрака). То есть, на участке Терновка-Конская послы должны были передвигаться со скоростью не менее 56 км в день, а от Конки до Молочной - примерно 20-30 км в день. Причем сам текст Статейного списка никаких возможных пояснений для столь резкого изменения скорости движения не предоставляет. Естественно, что длительное перемещение тележного обоза по шляху со средней скоростью в 56 км в сутки, да еще и без дневок, представляется физически невозможным.

Есть и другая странность. Попасть с верховьев Терновки на верховья Молочной (почти 170 км по прямой) за 4,5 дня (с 11 окт. по середину 15 окт.), в принципе, реально. Для этого нужно двигаться почти по прямой, со средней скоростью около 38 км в день. Этот режим для конницы с обозом довольно напряженный, но все еще возможный. А вот объездные пути восточнее истоков Самары и Волчьей для этого никак не годятся, это СЛИШКОМ далеко. А, следовательно, нужно было хотя бы раз пересечь реку Волчьи Воды. Тем не менее, в тексте Статейного списка на пути между Самарой и Конской название Волчьи Воды не упоминается!


Теперь стоит поговорить о Муравском шляхе Статейного списка. Еще находясь в Сумах руководители посольства потратили "два дни, для проведывания от Сумских казаков Крымского пути Муравским шляхом, где было безстрашно и прямее до Крыму итить" [12, 9]. В записи от 6 октября говорится, что город Валки стоит на МШ. А 7 октября рассказывается о том, что посольство сделало боковой обход из-за непроходимости участка пути и вновь вернулось на МШ [12, 13-14]. После этого упоминания МШ надолго прекращаются. Но по данным "Книги Большому Чертежу" [6, 64] и карт Боплана можно понять, что вплоть до верховьев Терновки посольство шло по обычному маршруту МШ. Далее послы повернули на юг, а шлях делал большой крюк на восток. Боплан, знавший эти места только понаслышке, показывает его то через устья Самары и Волчьих Вод (рис.1а), то по водоразделу восточнее их (рис. 1б). В КБЧ прохождение МШ через бассейн Самары описано довольно путано (о возможных причинах этого поговорим ниже). Но, кажется, ключевые фразы здесь: "А вверх по Быку дорога Муравская" [6, 65] и "<...> пала в Самар река Вольчи Воды, а течет через [выделение автора - LV] Муравскую дорогу от верху реки Тора" [6, 110]. В данном случае река Тор упоминается, видимо, не как ориентир для МШ, а как объяснение примерного района истока Волчьей. То есть, по КБЧ основной Муравский шлях проходил не по водоразделу восточнее Самары и Волчьих Вод, а ЧЕРЕЗ бассейн Самары.

Фрагмент карты Боплана

Рис.1а. Фрагмент карты Боплана 1650 г. (карта ориентирована на юг) [4, карта XXXII];


Фрагмент карты Боплана

Рис.1б. Фрагмент карты Боплана, изданной Сандрартом
(карта ориентирована на север) [5, карта XXXV].

Еще интересное наблюдение. Как показывает внимательный просмотр Статейного списка, в нем несколько раз встречается фраза "через верховья" относительно некоторых рек. Но это означает не истоки, а всего лишь верхнее течение реки, где переправа через нее вброд не представляет особой трудности. Так, например, фрагмент "Октября в 12 день пришли на большую реку Самару и верховьем ее переправливались безо всякие трудности со всем обозом" [12, 17] относится к району Самары приблизительно в 100 км от ее истока. Та же картина и с "Овечьими Водами" в записи от 14 октября [12, 19]. Что, в свою очередь, дает некоторые основания для сомнения в правильности понимания Бопланом рассказов своих информаторов о маршруте МШ...


Вернемся к пути посольства. Утро 11 октября послы встретили "на вершине реки Терновки". Это примерно об этих местах говорит КБЧ: "А на речке на Терновке стоит человек камен, а у него кладут из Белагорода станичники доездныя памяти, <...> а от каменного человека до Самари верст с 30" [6, 64-65]. Путь посольства 11 октября описывается так: "<...> встав рано, шли день весь для вызженные степные безкормицы подле тойже реки прямо, перенимаючись с гребня на гребень даже до верховья и озер реки Малые-Самары, и пришли на Самару, на стан, поздно" [12, 16]. Получается, они шли в южном направлении вдоль Терновки. Судя по рельефу местности, их путь проходил к востоку от реки. Там имеется множество поперечных балок. Естественно, что данный маршрут по столь пересеченной местности не слишком подходит для торгового шляха. Но он им и не был! Как уже писалось выше, от верховьев Терновки основной МШ шел на восток или юго-восток. А посольство, по совету крымских послов, срезало путь, отправившись по мало знакомой русским дороге: "<...> пошли вскоре степью прямо, Муравским же шляхом, которым Крымской Хан шол в войну и из войны [т.е. обратно - LV] Великого Государя из украинских городов из под Богодухова и из иных в прошлом 7188/1680 году. А вождь тем прямым Муравским шляхом [выделение автора - LV] был наш Крымской гонец Халил-ага с товарищи, для того, что они с Ханом в той войне были" [12, 18]. Т.е., крымцы по какой-то причине "сдали" русским послам одно из тайных, прямых ответвлений МШ, весьма удобное для военных целей. Именно поэтому в Списке столь постоянное и пристальное внимание уделено комментариям о возможном применении этого вновь открытого пути для противоборства с Крымом.

К исходу 11 октября посольство заночевало на Самаре. Приблизительный дневной путь - около 40 км. Впрочем, это цифра чисто условная и зависит от того места ночевки 10/11 октября. На Самаре Список отмечает: "Ведомо да будет впредь ходящим тем путем, так послом, яко и и ратем Царского Величества, дубровы и прочие дровяные угодья до того помянутого стану кончились". Приблизительно такая же ситуация с лесами по реконструируемому пути наблюдается и в наши дни. Кроме того, о дальнейшем пути в Крым Список сообщает: "<...> от тех урочищ до Крыму переход недальной и зело прям и гладок <...>" [12, 17]. Т.е., данный вариант МШ выгоднее и ближе, чем традиционный.

Утром 12 октября посольство вновь, каким-то образом, вышло "на большую реку Самару, и верховьем ее переправливались безовсякие трудности со всем обозом" [12, 17]. Не зная местности, разобраться в этих "Малой-Самаре", "Самаре" и "большой реке Самаре" с их озерами довольно затруднительно. Возможно, имелись в виду какие-то боковые протоки или старицы Самары? Или даже низовья самой Терновки? Так, в документе о русско-турецком размежевании 1714 г. упоминается о прибытии межевой комиссии "на речку большую Терновку, a пo Татарски называемую Долун - Самар" [16, 119-121]. Предполагаем, что утром 12 октября посольство пошло от района устья Терновки вверх по Самаре, подыскивая удобное место для переправы. По некоторым соображениям, переправа не могла быть восточнее места впадения в Самару небольшого левого притока Чаплины. Тогда утренний путь посольства был не более 5 - 10 км. После переправы, люди пообедали и, надо полагать, обсушились.


И вот здесь начинается самый интересный для нас участок пути. На пути посольства между Самарой (недалеко от устья Терновки) и Молочными Водами упоминается переправа только через две реки. И существует только один (!) маршрут, который совмещает это условие с разумно допустимой длиной пути. Попробуем направить посольство по нему и посмотрим, что получится. При этом временно допустим лишь одну вольность - не станем упоминать названия этих двух рек, приводимые в Списке.


После обеда 12 октября на Самаре, посольство идет на юг. Скорей всего - по водоразделу между низовьями Волчьих Вод и небольшим притоком Самары Чаплиной. Степь по пути была выжженной, поэтому шли вплоть до темноты. Дойти до нормальных мест так и не смогли, пришлось остановиться на водоразделе: "<...> темноты ради нощные ночевали на горелой степи, толко коней овсом покормили и запасною водою в бочках напоили <...>" [12, 17]. Полагаем дневной путь в 30-35 км (из них около 25 км после обеда).


Утром 13 октября посольство продолжает путь и "пред полуднем" достигает следующей переправы: "<...> и за реку переправились безо всякие трудности. Кормили и стояли на тех водах небольшое время для того, что наехали тут стан и шлях свежей конных и пеших людей и обозной от Запорожья к Тору или к Дону, в восемь рядов. <...>". Там же отмечается: "<...> видели мы капище бусурманское, каменное строенье старожитного поселения, и от давних лет розвалилось.<...>".

Судя по всему, здесь описывается переправа через Волчьи Воды немного западнее райцентра Покровское. Только здесь, после переправы через Волчью можно пройти западнее ее притока Гайчура напрямую к Конке. И только на этом маршруте отсутствуют пересечения с прочими притоками Волчьих Вод. Это же место переправы использовалось и позднее. Именно так пересекает Волчью одна из дорог, указанных на русской операционной карте XVIII в. (рис.2).

Фрагмент русской операционной карты XVIII в.

Рис.2. Фрагмент русской операционной карты XVIII в.*

Еще одно косвенное свидетельство в пользу именно этого места для дневки 13 октября - упоминание о свежем следе большого отряда, прошедшего "от Запорожья к Тору или к Дону". Непосредственно вдоль левого (южного) берега Волчьих Вод в данной точке проходит автомобильная трасса Н-15, по которой из нынешнего города Запорожье можно попасть в город Донецк, а оттуда уже "к Тору или к Дону". Получается, что трасса Н-15 имеет весьма большую предысторию...

Ну и, наконец, в районе Покровского действительно имелись развалины татарской мечети. Удалось найти ее изображение в этом месте на карте 1699 г. (рис.3). Следы ее остались и в местной топонимике. Сам райцентр Покровское расположен немного южнее устья большой балки, которая, по всей видимости, носит характерное название "Мечетная". По крайней мере, на ней расположена ж/д станция Мечетная, села Гапоно-Мечетное и Мечетное. Видимо, это память именно о той мечети, которую посольство видело 13 октября...


Фрагмент карты Менгдена-Брюса 1699 г.

Рис.3. Фрагмент карты Менгдена-Брюса 1699 г.
с указанием мечети напротив устья Гайчура [17].

После пересечения Волчьей и небольшого отдыха, путь посольства пошел по водоразделу между Гайчуром и Верхней Терсой. Этот ровный и прямой водораздел идет почти строго на юг. Сейчас по нему проложена железная дорога. Невольно вспоминается характеристика данного ответвления МШ, приведенная после Самары: "переход недальной и зело прям и гладок". Она полностью подходит и к этому участку. Полагаем примерно 15 км до обеда и около 30 км после, чтобы убраться подальше от возможной опасности. За день - около 45 км.


Ночевка 13/14 октября в Списке не упоминается. Но, скорей всего, она была. По крайней мере, о ночном марше здесь не говорится. Утром посольство должно было быть примерно в районе восточнее Гуляйполя. Отсюда, теоретически возможны два пути к Конке и южнее. Один - в направлении Пологов и, затем, по пути трассы Т-0401 на Токмак. Но в районе Пологов, вроде бы, не известно такого ориентира, как массовые остатки золотоордынских строений. К тому же, по этому пути пришлось бы пересекать Куркулак, чего в тексте не наблюдается.

Поэтому предпочитаем второй путь. От Гуляйполя на SWW, оставляя истоки Верхней Терсы севернее. Скорей всего путь пролег по водоразделу Конки и ее притока Жеребца в направлении нынешнего города Орехова. Еще примерно 30 км.

"О полудни" 14 октября посольство вышло к Конке у города Орехова. Это еще одна "реперная" точка на маршруте. Здесь в Списке отмечается "многие капищные и домовые каменные старые селища Крымских татар, которые от древних лет разрушились до основания, только башня каменная в целости". Сопровождающие посольство крымские послы сообщили, что эти строения относятся ко временам Мамая. В настоящее время в этом районе производит раскопки экспедиция Общественной организации "Новая археологическая школа" совместно с Запорожским национальным университетом. По словам руководителя раскопок М.В.Ельникова здесь, на обоих берегах Конки, был расположен золотоордынский город общей площадью около 20 га [3]. По сообщению О.В.Тубольцева, это место с его развалинами мечетей известно и по другим письменным и картографическим источникам XVII - XVIII вв. Сюда же подходит и путь, указанный на русской операционной карте (рис.2).

На этой реке автор Списка советует поставить крепость, чтобы преградить крымцам наиболее удобный путь на Московские окраины. «Ведомо же убо да будет, естли по воле Всемогущего Бога, и по изволению Великого Государя нашего Его Царскаго Величества учинитца хождение на Крым, его государским ратем и в том месте пристойно для облегчения запасов и преграды пути бусурманского в Русь, град устроить земляной, и всякими крепостьми укрепить, и пехотою и всякими полковыми припасы удоволить, и держать ево мощно безо всякие трудности потому, что тою рекою даже до самого устья реки Днепра плавной ход будет стругами свободной, и неприятельский путь одержан будет паче тысячь многих войск. По тому, что кроме того Муравского шляху способнейшаго и прямого пути проходить Татаром в Русь некуды; для того, что выше тех помянутых всех речных вершин от Крыму к Тору и к Дону, путь безводной и дальной, а вниз реками к Днепру учинилися разливы и озера многие, где отнюдь неприятелем невозможно пройти". Далее автор Списка предлагает кроме крепости в упомянутом месте, поставить еще целую цепочку укреплений "в вершинах" рек по пути посольства. И продолжает: "А рекою Днепром вниз, и теми реками из Днепра в верх под городы со всякими служилыми запасы проходы плавные будут вольные, и неприятелей бусурманских безопасные. Также и сухим путем, от самые Белогородцкие черты, от Чугуева и Валок проход с запасы, в те городы, будут свободные» [12, 20-22].

При взгляде на карту видно, что крепость на средней Конке действительно перекрывает выход на любой из вариантов Муравского шляха через междуречье Конки и Молочной, оставляя свободным лишь маршрут через низовья Молочной - «безводной и дальной» - и путь непосредственно вдоль Днепра, труднопроходимый из-за "разливов и озер многих".

Кроме того, есть еще одно обстоятельство. Уже первые походы московских ратных людей совместно с запорожцами в низовья Днепра (1556 - М.И.Ржевский, 1559 - Д.Ф.Адашев) [2; 1, 144] показали чрезвычайную удаленность и затрудненность их коммуникаций. Даже устройство на Днепре "Псельского города" (1557-1563) [2] не решало основной проблемы. Каждый раз приходилось по новой делать струги для действий на реке. Наличие порогов не только весьма затрудняло подвоз продовольствия и припасов, но и заставляло каждый раз бросать суда ниже порогов или оставлять их запорожцам. Ситуация принципиально не изменилась и ко времени посольства 1680 г. В результате восстания Хмельницкого и последующих войн часть территории Украины с Киевом окончательно отошла к Московскому царству. Тем не менее, Крымское ханство по-прежнему оставалось почти недостижимым для московских войск.

В этой связи интерес к Конке, которая «идет в Днепр плесами и озерами», был вызван еще и тем обстоятельством, что это первый достаточно крупный правый приток, позволяющий спуститься на стругах в Днепр НИЖЕ порогов! Как пишет автор Списка: "<...> тою рекою даже до самого устья реки Днепра плавной ход будет стругами свободной" [12, 21]. Что, понятно, открывало весьма широкие военные перспективы. Свидетельство о том, что в прежние времена "степная" часть Конки (Йылка) была более доступна для судоходства, можно найти у турецкого путешественника XVII в. Эвлии Челеби в главе "Покорение острова Джерекли" его книги "Сейхатнаме". По его словам, по приказу великого визиря Сулеймана-паши, эта река была запружена "хворостом и огромными деревьями". В русском переводе задачей этого сооружения называется то, чтобы "неверные не могли переходить эту реку на лодках и оказались в затруднительном положении" [14]. Но, судя по смыслу, в турецком тексте речь шла об удачной попытке турок не выпустить с Конки заплывшую туда "флотилию" казачьих лодок. О былой судоходности Конки писал и запорожский краевед В.Н.Шовкун. Он же зафиксировал и рассказы старожилов о том, что при добыче песка у с.Юльевки был найден "трехлапый полутораметровый кованный якорь" [15]. Это примерно в 10 км выше по течению Конки от места ее впадения в Каховское водохранилище.


Вернемся к пути посольства. Переправа через Конку получилась более тяжелой, чем через предыдущие реки. Пришлось искать "уское место" и делать гать из хвороста и камыша. После переправы люди посольства "отошли от той переправы недалеко, в луга", где и заночевали. Вероятно, сказалась усталость от напряженного режима движения и от устройства переправы. Полагаем еще километров 5 после переправы. А весь дневной путь 14 октября - порядка 35 км.


Утром 15 октября посольство рано утром вышло от Конки и к обеду было "на вершинах реки Молочных-Вод" [12, 22]. Судя по приводившимся расстояниям и по Операционной карте, за эти пол дня оно прошло порядка 20-25 км и оказалось в верховьях балки Куркулак, впадающей в Молочные Воды с севера. После этого послы шли на юг, по правобережью Куркулака и Молочной. Их дальнейший путь до Перекопа также более-менее восстанавливается, но он уже выходит за рамки данной статьи. Более полную реконструкцию можно просмотреть по ссылке: http://kraevedenie.net/forum/viewtopic.php?f=24&t=1015.

Реконструкция пути посольства Зотова и Тяпкина

Рис. 4. Реконструкция пути посольства Зотова и Тяпкина.

Таким образом, за 4,5 дня посольство прошло около 170-180 км, почти по прямой линии. Средняя скорость - порядка 37 - 40 км в день. Что, в общем-то, является вполне реальным результатом. К тому же, описания и ориентиры Списка практически идеально накладываются на современную карту.

Теперь настало вспомнить об "пропущенных" названиях рек из Списка. Получается, что полдень 13-го октября (район пгт Покровское на р.Волчьей) в Списке описывается как переправа через "Конские Воды" (!). А полдень 14-го октября (район г.Орехова на Конке) - как "Овечьи Воды". А поскольку последние пять веков гидроним Конские Воды прочно привязан только к одной конкретной реке, то приходится предположить, что на самом деле автор Списка под названием Овечьи Воды знал реку Волчью (Волчьи Воды). Для объяснения того, почему произошла такая перестановка, нужно понять КАК именно происходила фиксация маршрута автором Списка. Вспомним, что путешествие пришлось на октябрь месяц, а на дворе стоял т.н. Малый Ледниковый Период. То есть, было уже достаточно холодно. На привалах усталые и озябшие люди тянулись не к чернильнице, а поближе к огню. А путевые заметки составлялись уже позднее, в теплых комнатах Перекопа, а то и самого Бахчисарая. То есть, все воспроизводилось по ПАМЯТИ! Естественно, что при этом получались некоторые ошибки. Так, как уже писалось, в описании пути перепутана последовательность проезда верховьев Малой и Большой Орели, не приведено описание ночевки с 13 на 14 октября и т.д. Получается, что автор Списка достаточно подробно и правильно воспроизвел путь посольства, но перепутал порядок наименования двух малознакомых ему степных рек со сходными названиями - Овечьих Вод и Конских Вод.


Этим выводом мы устраняем противоречия двух наших основных источников - Списка и КБЧ, и относим Овечьи Воды к бассейну Самары.


Как уже отмечалось ранее, в КБЧ район Присамарья описывается в разделах о Муравском шляхе и о Днепре. В обоих случаях описание довольно путанное и плохо пригодное для реконструкции. Овечьи Воды упоминаются только в описании Днепра, и то, вместе с Волчьими Водами: "А ниже Волчьих Вод верст з 10 пала в Самар река Бык. <...> А ниже реки Быка пала в Самар река Овечьи Воды" [6, 110]. Данный фрагмент странен не только тем, что, вроде как, показывает Овечьи и Волчьи Воды как две разные реки, но и тем, что Волчья на самом деле впадает в Самару НИЖЕ Быка. Судя по всему, здесь мы видим яркий пример неудачной компиляции из нескольких источников информации. Рассмотрим их здесь кратко.

Насколько позволяют судить доступные источники, название Овечьи Воды закрепилось (вплоть до конца XVII в.) только в московской традиции. От этой же традиции в КБЧ, похоже, сохранился лишь небольшой фрагмент в описании Днепра с упоминанием Овечьих Вод и Самарской Россоши. Они "перекрыты" более свежими данными, неоднократно поступавшими от запорожского казачества. Когда-то название Овечьи Воды было известно и в приднепровско-украинской традиции. Так, они упоминаются в качестве пограничной реки в документе XVI в. с описанием былых границ Великого княжества Литовского [10, 12]. Но затем, по какой-то причине, у запорожского казачества это название оказалось вытесненным другим названием - Волчьи Воды. C учетом крайней "татароопасности" этих мест, название "*Вівчі (Овечьи) воды" очень легко могло переосмыслиться в не столь идилически-мирное "Вовчі Води". Т.е., предполагаемая схема изменения данного гидронима: Овечьи -> *Вівчі -> Вовчі -> Волчьи. Когда сведения о "новой" реке дошли до хранителей Большого Чертежа, ее "законное" место на Самаре ниже Быка уже было "занято" притоком Овечьи Воды. Видимо, расположение на Чертеже Волчьих Вод выше Быка объясняется тем, что их просто пририсовали на свободное место, породив дубль. В дальнейшем, Овечьи Воды окончательно пропали из описания маршрута Муравского шляха, там есть только Волчьи Воды. Но, поскольку информация от запорожцев поступала неоднократно (и, возможно, описывала не один, а несколько вариантов МШ), у составителей Большого Чертежа (а позже - и КБЧ) накопилось много противоречивой информации. Плохо зная данный район, эти люди сделали, как могли, компиляцию. Как показывает опыт, она оказалась неудачной и противоречивой. Ситуацию немало осложнило и упоминание в Самарско-Конском регионе нескольких районов с остатками старых мечетей, по поводу которых составители КБЧ никак не могли определиться - разные ли это объекты или случайные дубли одного из них. Тем не менее, авторы Книги Большому Чертежу донесли до нас весьма ценную историческую и географическую информацию и их заслуга в этом не может быть оспорена...


Насчет реконструируемой формы "*вівчі" в значении "овечьи". Современный украинский литературный язык знает лишь форму "овечі". Но в нем же есть целая группа слов типа "вівця, вівчар, вівчарка, вівчарня" (рус. - "овца, овчар, овчарка, овчарня"). Поэтому предположение о том, что в староукраинском варианте "Овечьи Воды" могли звучать как *"Вівчі Води" не выглядит слишком фантастическим. В живом же, разговорном языке такая форма, похоже, и не исчезала. Вот характерные примеры из украинского Интернета: "Господь не забув мене й не залишив, а довірив мені підняти впалу вівцю, покласти на свої плечі й принести її на подвір'я вівче (Мф. 18, 12-13); "-часник, артичоки, оливи, вівчий та козячий сир. З м’яса тут їдять гриловані рогаті, ягняче а куряче … вівчого сиру"; " «вівчого молока», а взимку — бринзи"; "- А що, братику, поїмо ми з тобойю сьогодні вівчатини? -А поїмо, - розважливо відповідає старший. -А що, старий, а поп'ємо ми сьогодні гарячої крові овечої?". То есть, народное словообразование такого прилагательного от "вівці" продолжается. Просто литературный язык такую форму почему-то отсек...

Привязка названия Овечьи Воды к реке Волчьей позволяет внятно объяснить и другие случаи употребления в документах этого гидронима. Например, в 1491 г. из Крыма сообщается в Москву. «А сказывает, господине так: цари [Большой Орды - LV] были у Донца, да взявши следа пришли на пашню на Орель и на Самару и на Овечью Воду, туто пашню пашут. Да сказывает, господине: отпахавши им пашня, доволна им быти на царя на Менли-Гирея.» [9, 113]. В данном случае Волчьи Воды, в отличие от предлагавшихся ранее малых притоков, вполне органично становится в ряд с такими большими реками как Самара и Орель. В другом документе - статейном списке Ивана Судакова (Мясного) под 1587 г. рассказывается о подготовке татар к нападению на московские "украины": "калга Алпкирей царевич стоит на Молочных водах, а Соломат Кирей царевич стоит на Овечьих водах, а крымские люди к ним збираютца" [13]. Здесь Овечьи Воды указаны как место сбора на транзитном пути на север. Теперь можно более точно указать район сбора татарских отрядов перед нападением. Также проясняется география и следующей жалобы крымского хана Б.Годунову: "Ваши козаки донские Азову городу досаждают; ваши же козаки с Дона и с Самары к Овечьим водам приходят украдкою к нашим улусам, воруют скот." [11, гл.3].


Таким образом, привязка утраченного гидронима Овечьи Воды к конкретной реке бассейна Самары (Волчьи Воды) позволяет уточнить наши знания о ситуации в степном Приднепровье XV - XVII вв. и делает более понятными содержание документов той эпохи. И, значит, снова подталкивает нас к новым поискам...



* Автор выражает свою благодарность О.В.Тубольцеву за плодотворную дискуссию и предоставленные материалы, в частности - русскую операционную карту XVIII в.



Использованная литература.


1. Боевая летопись русского флота: Хроника важнейших событий военной истории русского флота с IX в. по 1917 г. — М.: Воениздат МВС СССР, 1948. http://militera.lib.ru/h/boevaya_letopis_flota/05.html

2. Волков В.А. - Войны и войска Московского государства (конец XV– первая половина XVII в.). — М.: «Эксмо», 2004. http://www.kazachiy-uklad.ru/index.php?showtopic=20&mode=threaded&pid=22

3. Гайдай А. Неизведанный "шелковый путь" // газета "День", №125 от 22 июля 2009 г. http://www.day.kiev.ua/277333

4. Кордт В.А. Материалы по истории русской картографии. — К., 1899. — Вып. 1: Карты всей России и южных ее областей до половины XVII века — 15 с., 32 табл. http://papacoma.narod.ru/maps/kordt1/kordt1-page0.htm

5. Кордт В.А. Материалы по истории русской картографии. — К., 1910. — Вып. 2: Карты всей России и Западных ее областей до конца XVII в. — 31 с., 45 табл.

6. Книга Большому Чертежу под ред. К. Н. Сербиной — М., Л.: Издательство Академии Наук СССР, 1950. — 232 с. http://www.twirpx.com/file/84568/

7. Князьков Ю.П. С.І.Мишецький про давні городища і поселення в Запорізькому краї // Наукові праці історичного факультету. – 2001. Запоріжжя. «Просвіта». – Вип.Х. с. 36-44

8. Русов А.А. Русские тракты в конце ХVII и начале XVIII века и некоторые данные о Днепре из атласа конца прошлого столетия. К. -1876. 150с.

9. Сборник Императорского Русского исторического общества (СИРИО), Вып. 41. СПб., 1884. http://runivers.ru/lib/book3165/

10. Скальковский А. Опыт статистического описания Новороссийского края. – Одесса. 1850.

11. Соловьев С.М. "История России с древнейших времен" http://wordweb.ru/history/solv07p3.htm

12. Статейный список Великого государя его царского величества посланников: стольника и полковника и наместника Переясловского Василия Михайловича сына Тяпкина, дьяка Никиты Зотова. Писано со слов, через огонь, в цареве Борисов-городок в нынешнем 1682 году мая в ... день". – Одесса. -1848. –ЗООИД. №2 http://www.library.chersonesos.org/help.php

13. Статейный список московского посланника в Крыму Ивана Судакова в 1587 - 1588 году // Известия Таврической ученой архивной комиссии. Том 14. 1891 http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/krym.html

14. Эвлия Челеби. Книга путешествия. Вып. 1. Земли Молдавии и Украины. М. Наука. 1961 http://www.vostlit.info/Texts/rus8/Celebi3/text12.phtml?id=1738

15. Шовкун В. Таємнича Калка // газета "Запорізька Січ" 24 червня 1993р. http://velikayaznamenka.narod.ru/kalka.html

16. Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Том 5. Спб, 1830. http://www.runivers.ru/lib/book3130/

17. Карта Якова Брюса и Георга Фон Менгдена. Амстердам, типография И.Тессинга, 1699 г. http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b53011752g/f1.zoom.r=Ukraine.langEN



Источник: Данная статья была написана для конференции «История Степной Украины ХVIII - начала XX века» (Запорожье, 2011 г.). Не опубликована. Содержит также некоторые более поздние добавления.



Вечная тема...




При использовании материалов с данного сайта ссылка на него не обязательна, но желательна : )


  Главная   Статьи